они постепенно проникались страстью, скрывавшейся за внешностью этого человека, который сидел здесь, как икона, освобожденный от желаний, честолюбия, слабости и ошибок; эта сильная и разносторонняя личность была во власти отвлеченной идеи, с одним только чувством и целью – жить и умереть для служения ей.
Восстание в пустыне
·
Томас Лоуренс Аравийский
