Роману на самом деле Степан Николаевич нравился. Уже тот факт, что он распознал нестыковки в первой версии его рассказа, делал ему честь. Как ни странно, но вопреки расхожему заблуждению мужчины логикой владеют ничуть не чаще, чем женщины. Роман с этим не раз сталкивался, слушая разглагольствования своих клиентов на темы политики или потуги на философию. Концы с концами редко у них сходились, чего они, в упоении от самих себя, не замечали. Роман даже стал предпочитать общение с женщинами: они, по крайней мере, не пыжились в старании изречь нечто с претензией на истину. Куда спокойнее рассуждать о высоте каблука или цвете губной помады — по крайней мере, никаких амбиций и больных самолюбий.
Светлый лик, темный след
·
Татьяна Гармаш-Роффе
