И даже полковник, человек загрубелый, умеющий видеть в жертве не более чем объект расследования, сулящего пипифаксную бюрократию, дрогнул от мистического предчувствия. Перед глазами его, прорвав барьер, непрошено возникла Таня. Рассеянная, сосредоточенная, испытывающая оргазм, собирающая чемоданы.
Солянка, родная
·
Максим Городничев
