Есть другой тип прозы, тоже достаточно уже профанированный, — проза действия, условно говоря. Это Лимонов, который вынужден уже не столько писать, сколько стрелять в Приднестровье или Сараево, чтобы читали его книги. Это меня тоже не устраивает. Представить себе успешное русское концептуальное произведение наподобие «Имени розы» Эко или «Хазарского словаря» Павича я не могу. Проза не может быть неинтересной. Я не могу читать глубокую советскую прозу, начиная с Пастернака — она неинтересна.
