Зато редко бы кто, после двадцатилетнего расстояния, решился признать в расслабленном гамене, в этом полушуте гороховом, страдающем размягчением мозга, прежнего гордого Чайльд-Гарольда и великосветского льва — князя Дмитрия Платоновича Шадурского.
Петербургские трущобы
·
Всеволод Крестовский
