Элис впервые поняла, что жизнь ни на миг не прерывает свой ход. В юности на нее смотришь как на беспрерывный поток воды, застывший перед тобой, и видишь время сконцентрированным в одной точке: есть брюнеты, есть блондины и есть седые. До этой минуты девушка сомневалась, что мир существовал до ее появления в нем. Он представлялся не более чем фоном: луна светила лишь для того, чтобы подчеркнуть красоту Элис летней ночью.
Однако это старое письмо поразило в самое сердце: сквозь него мерцал звездный свет былой зарождающейся любви. Перед Элис возникали сцены жизни матери и отца, тогда еще юных — они действительно когда-то были юными, — но их молодость миновала, а образы в письме стали выглядеть карикатурно. Ее тоже не минуют эти перемены, и все, что сейчас для нее важно, рассыплется в прах.
Элис Адамс
·
Бут Таркингтон