Вечером, когда хмель прошел, всем было изрядно неловко…
Владимиру Игнатьевичу Кокошину за то, что он, придя в чужой дом к чужим людям, напился до безобразия и уснул на хозяйской постели прямо в сапогах. Хотя ему-то, учитывая несчастие с матушкой, его недавнишнее состояние было как раз наиболее простительно.
Губернское зарево
·
Евгений Сухов
