возбужденной широкой походкой и курил, громко выпуская клубы дыма.
- Пя-я-ть! - протянулся опять заунывный крик матроса, и пароход еще убавил ходу, но не остановился.
"Бирюч" сидел в воде всего четыре фута; ему оставался еще один, чтобы не застрять
Василий Тёркин
·
Петр Боборыкин
