Джеффри Стамбовски решил уехать из Нью-Йорка в какое-нибудь более спокойное место[220]. На ЛаВета Плейс, 1, в Найаке, он нашел идеальный дом: старый викторианский дом с видом на Гудзон всего в двадцати милях от города. Хелен Экли была готова к продаже. Они заключили сделку на 650 000 долларов. Это была обычная продажа недвижимости, подобная миллионам других, которые происходят каждый год, пока Стамбовский не узнал, что в доме обитают полтергейсты. Более того, Экли поддерживала у дома эту репутацию и даже включала его в местные туры по домам с привидениями. Экли и ее агент по недвижимости, однако, не раскрыли информацию о призраках, когда выставляли недвижимость на продажу.
Стамбовски попытался пойти на попятный, но Экли отказалась, сославшись на старомодное правило сделок с недвижимостью: пусть покупатель будет бдительным. После долгих судебных разбирательств суд встал на сторону Стамбовски: пропагандируя принадлежность полтергейстов к дому, Экли не могла впоследствии отрицать их существование. Судьи пришли к выводу, что «по закону в доме обитают привидения»[221]. Принадлежность внутри дома может в равной степени распространяться и на призраков, и на запрет на содержание домашних животных.
Принадлежность – это инструмент, с помощью которого владельцы заявляют о новых ресурсах, достоверно связанных с тем, чем они уже владеют.
И призраки в домах встречаются чаще, чем вы можете себе представить. По словам исследователя призраков Линды Циммерманн, в одном лишь Найаке во многих домах есть общепризнанные призраки[222]. Дом Экли даже не попал в список дюжины самых по
Это моё! 6 парадоксов владения собственностью, которые многое объясняют об устройстве современного мира
·
Майкл Хеллер
