Когда участились ночные атаки, русские ввели ещё одно новшество: они развернули на передовой систему прожекторов, снятых с кораблей, и таким образом лишили противника фактора внезапности.
Из стреляных гильз мелкокалиберных орудий в Порт-Артуре изготавливали самодельные ручные гранаты: гильзы наполняли пироксилином или порохом, а в качестве запала присоединяли бикфордов шнур. Такие устройства солдаты называли «бомбочками». В крепости производство гранат кустарным способом организовали штабс-капитан минной роты Николай Александрович Мелик-Парсаданов и поручик Квантунской крепостной сапёрной роты Леонид Иванович Дебогорий-Мокриевич. Морское ведомство тоже наладило изготовление гранат под руководством капитана 2-го ранга Александра Михайловича Герасимова и лейтенанта Николая Люциановича Подгурского.
Штабс-капитан Карасёв изобрёл шрапнельные фугасы, представлявшие собой противопехотные, выпрыгивающие из земли мины, с которыми много общего имеют современные мины-«лягушки». А унтер-офицер Семёнов разработал гибкий удлинённый взрывной заряд для проделывания проходов в проволочных заграждениях.
На передовых позициях применялись морские гальваноударные шаровые мины, скатывавшиеся по желобам на противника — своеобразный прототип подвижных мин. Впервые на суше применил шаровую мину лейтенант Подгурский, скатив её из форта по сколоченному из досок жёлобу на японских сапёров. Эффект от взрыва был огромен. На месте проведения сапёрных работ возникла огромная воронка, вокруг которой лежали десятки вражеских трупов. Ошеломлённые мощным взрывом, японцы долго не предпринимали активных действий на этом участке фронта. Несколькими днями позже шаровые мины Подгурского фактически решили в пользу русских исход трёхдневного сражения за Высокую Гору,
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін