Да маюсь по свету я, долю свою ищу, износились и душа, и тело. Кем только в миру не оборачивался: и охотником, и старателем, и бродягой. Да все как-то мимо шло, и нет боле воли скитаться. Обещался вернуться домой, когда опостылеет. Туда и путь держу, — услышала Ждана в ответ, и надежды ее опрокинулись.
Черный хлеб доро́г. Русский хтонический рассказ
·
Алексей Небыков
