Наверное, по той же причине ухрония в самом строгом смысле, который я ей определил полсотни страниц назад, никогда по-настоящему не возбуждала страсти толпы. Потому что она без устали плетет узор наших грез, потому что в схватке с историей она рискует всем своим сокровенным, бесполезным и неповторимым обаянием и почти ничего при этом не выигрывает. Потому что история, вообще-то, не имеет никакого значения.
