А там – и букет остался на полу в прихожей, и водка не поставлена в холодильник, и одежда наша разбросана в беспорядке на пути от двери к сексодрому. И я временно забыл и былые обиды, и глубоко засевшую ревность – и, разумеется, выкинул из головы наше расследование. Остались только я, мы – и еще зеркала, которыми Римма множила пространство своей однушки и в которых мы теперь бессчетно отражались подобием очень красивого и глубоко эротичного фильма.
Улыбка смерти на устах
·
Анна Литвинова
