Едва она успела одеться, как Квазимодо вернулся. В одной руке он нес корзину, а в другой тюфяк. В корзине была бутылка, хлеб и кое-какая снедь. Он поставил корзину на землю и сказал:
— Ешьте.
Затем разостлал тюфяк на каменном полу и сказал:
— Спите.
То был его собственный обед и его собственная постель.
Собор Парижской Богоматери
·
Виктор Гюго
