Харвингтоны были хорошими людьми, но я не хотела переезжать к ним. Я вообще ни к кому не хотела переезжать. У меня было свое пространство, своя комната и дверь, которую я запирала на замок и подпирала стулом. Мне не нужно было ни о чем заботиться, и других возможных мест для укрытия у меня не было. В «Бенедикт-хаусе» я чувствовала себя в безопасности.
