Джулия! — тихо позвал он, прижимая ее к себе.
Она покорно отозвалась — тихо, с лаской и преданностью:
— Иванио!
— Ты не сердишься на меня?
— Нон, Иванио.
— А если я оставлю тебя?
— Нон, амико. Иван нон оставить. Иван — руссо. Кароши, мили руссо.
Торопливо и упруго, с неожиданной для нее силой она прижала его к себе и тихо засмеялась:
— Иван — марито! Нон синьор Дзангарини, нон Марио. Руссо Иван — марито.
Он удовлетворенно, даже с затаенной гордостью в душе спросил:
— А ты рада? Не пожалеешь, что Иван — марито?
Она вскинула пушистые ресницы, затененные его склоненной головой, и звезды в ее зрачках, дрогнув, запрыгали.
— Иван — кароши, кароши марито. Мы будем маленко-маленко филиё… Как это руссо, скажи?
— Ребенок?
— Нон ребьёнок. Как это маленко руссо?
— А, сын, — слегка удивленный, догадался он.
Альпийская баллада
·
Василь Быков
