Отсылка Ходасевича к «поэтическому лицу» с его телесностью и портретностью, по-видимому, напрямую связана с рецепцией его лирики. Андрей Белый в 1922 году в программной статье о Ходасевиче «Рембрандтова правда наших дней» характеризует музу Ходасевича «языком Баратынского»: «красавицей ее не назовут, но <…> она поражает „лица необщим выраженьем“»