Они там увидели Мстиславского, братьев Шуйских – Димитрия и Ивана, Ивана Никитича Романова, трех братьев Голицыных, Татищева, брата царицы Марфы Нагого и еще нескольких других. Лица были знакомые, так недавно признававшие Димитрия; некоторые из них были облагодетельствованы им, возвращены из заточения; один из них недавно уверял всех, что бывший царь ему племянник, другой – что он ему двоюродный брат, а теперь они проповедуют вместе с другими, что он обманщик. Как изменились лица, так изменилась вся обстановка. Исчезла прежняя веселость, прежняя пышность! Не виднелись более радостные, сияющие довольством лица. Все глядели как-то смутно, как будто бы сошлись они на похороны; не пестрели алебардщики и стрельцы в нарядных одеждах, не веяло прежней свободой в обращении, не раздавалась музыка, не пелись песни. И Кремль, и дворец – все приняло суровый характер, даже казались суровее, чем прежде были. Бояре сухо указали места послам королевским
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін