Посреди смятой постели лежал новорожденный, весь покрытый кровью и слизью, неловко шевеля конечностями. Его глаза ярко светились грязно-зеленым. И он говорил со мной по-польски.
– Монастырь у леса, по дороге направо… – Он зловеще захихикал и заполз в логово из забрызганных кровью тряпок.
Пепел и пыль
·
Ярослав Гжендович
