Несмотря на все эти характерные для революционной эпохи неудобства, Ленин охотно проводил здесь время — в любом случае это было более камерное, не столь публичное и толкотливое, как особняк Кшесинской, пространство, где можно было и сочинить открытое письмо-другое — например, приветствие какому-нибудь съезду, или, на худой конец, исследовать царские тайные договоры.
