ногами и соединяюсь с общим криком: «Не забудем, не простим».
И уже после я думаю, что Москва — это город снега, кажется, что все его бульвары растут из снега, и улицы, и таблички домов с забытыми, ненайденными адресами репрессированных
Март, октябрь, Мальва
·
Люба Макаревская
