-ик, – громко икнула не на шутку разволновавшаяся ведьмачка, а мы с Линнелем одновременно замерли. – Они что, были преступниками?!
– Это просто предположение, эрта, – строго посмотрел на нее Ларун. – Мы с вами, если помните, говорим на отвлеченную тему, и я рассказываю лишь то, что могло бы случиться… теоретически. Поэтому вы должны с пониманием отнестись к предположению, что мать того мальчика могла быть если не преступницей, то очень своеобразной особой. Да еще и всерьез озабоченной судьбой первенца, который, по ее мнению, должен был стать единственным в своем роде. Я бы даже сказал, уникальным.
– Она была магичкой? – быстро спросила я, кинув предупреждающий взгляд на закаменевшего Ника.
– Конечно, – охотно согласился Ларун. – Причем очень смелой. Решительной. Однако страсть к экспериментам могла сделать ее неуправляемой и даже в какой-то степени одержимой.
– И вы думаете, что среди ее предков были универсалы?
– Почему бы и нет? К тому же она была неглупой леди и хорошо знала историю своего рода.
И вот тогда мы с ребятами растерянно переглянулись.
Это что же получается… мама Ника не просто имела в роду универсалов, но и, судя по всему, знала, что в ее семье когда-то родился хотя бы один абсолют. Более того, из оговорки Ларуна следовало, что эта идея ее вдохновила. Захватила. И в какой-то момент подвела к мысли, что ее ребенок тоже может… должен… стать таким же
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін