– Ты проиграл.
Денис замер. Пальцы перестали отстукивать ритм. Вместо этого стал отчетливо слышен звук заводных часов на тумбочке в коридоре.
– Чего?
– Я про Сашу… Кажется, что я его…
Сердце опять распухло внутри, как шарик, заполонив собой пространство грудной клетки. Слова никак не могли вырваться на волю.
– Любишь? – подсказал Денис.
Мой тяжелый вздох стал ему ответом. Я взглянула на Малюгина из-под опущенных ресниц. Небось, расстроился, что спор проиграл. Но Денис был спокоен и задумчив. А потом улыбнулся. По-доброму.
– В чем тогда проблема, Белка? Он же тоже в тебя влюбился. Дурак, конечно, ты та еще заноза в заднице. Ай!
Я пульнула в него скомканную салфетку и угодила прямо в лоб.
– Денис, хватит. Все я знаю. Ненастоящие у него чувства. Можешь не ломать комедию.
Денис нахмурился. Я опустила взгляд на руки, лежащие на коленях. Горечь пробиралась наружу и была готова излиться слезами.
– В смысле?
– Вы же спорили, что я в него влюблюсь. А если спорят, значит, сами чувств не испытывают. Так что отдай ему, что там он выиграл.
Что-то задребезжало на столе. Я подняла голову. Кружка, которую секундой ранее держал Денис, крутилась на месте, оставив под собой небольшую лужицу. Сам Малюгин сидел бледный.
– С чего ты это взяла? Откуда?
– Еще в октябре его младший брат признался. Сказал, что на меня спор идет.
– Черт возьми!
Денис уронил голову на ладони. А потом принялся теребить пальцами волосы. Странная реакция. Очень странная.
– Денис?
– Соня. – Он поднял на меня взгляд, и в глазах его, голубых и бездонных, плескалось раскаяние. – Это не он спорил, а я. Мне так жаль, прости. Но спор давно в прошлом. Я такой дурак! Парни меня надоумили. Мне не хотелось делать это с тобой, но статус популярного придурка не позволил отказаться. Единственный спор, который связывает меня и Санька, это на победу в компьютерной игре.
Мне оставалось сидеть и моргать, ничего не понимая.
– Ты с ним так сдружился, что пытаешься выгородить?
– Да нет же!
– Я не понима…
Договорить не успела. Какой-то шустрый ураган влетел на кухню и кинулся Денису на шею.
– Брат! Представляешь, я прошел уровень дальше! Замочил всех с автомата. Можно еще один раунд?
Я была похожа на каменное изваяние, которое не способно не просто пошевелиться, но и вздохнуть. На моих глазах Сережа, тот самый младший Хвостов, обнимал Дениса и называл его братом. У меня случилось обморожение мозга по дороге сюда, поэтому виделось всякое?
Латте первой любви
·
Евгения Кловер