л. Серьезные книги казались ему скучными; более легкие по содержанию — недостойными его внимания. Он с каждым днем все больше нервничал и раздражался, не находя исхода для своей энергии. И когда власть открыла наконец для его деятельности широкое поле, — не имевшее, как ему казалось, ни границ, ни преград, — он бросился в работу с той нерассуждающей, слепой страстностью, которая служит отличительной чертой всех честолюбцев.
Павел I. Сын Екатерины Великой
·
Казимир Валишевский
