недавнего времени ответ теорий умного/цифрового/сетевого города был достаточно очевиден: участником городской жизни является отдельный человек, неважно, признается ли она/он киборгом — гибридом человека и технологий — или биологическим существом60. Воплощением отдельности был «человек мобильный» — пользователь сотового телефона61, навигатора, планшета, других персонализированных устройств, игрок в различные городские игры62. Предполагалось, что «человек мобильный» получил относительную свободу от пространства, ведь портативные устройства освободили своих владельцев от проводов, ограничивавших их перемещения, заменив жизнь «у телефона или компьютера» жизнью «с телефоном или компьютером».
Сети города: Люди. Технологии. Власти
