И так, размышляя и чувствуя, склоняя весы то на сторону жизни, то на сторону смерти, он медленно вернулся к жизни, чтобы в страданиях и радости ее найти защиту против мрака пустоты и ужаса бесконечного.
— Нет, не убил ты меня, Елеазар, — сказал он твердо, — но я убью тебя. Ступай!
