Ничего гениального, но я для себя определил финал Гериона как условную точку, физический ориентир, к моменту прохождения которого я должен окончательно разобраться и с пустотой прошлого, и с пустотой будущего. И главное — с двойственностью настоящего.
Во имя плоти
·
Николай Романов
