Одни и те же каменного улья
нас давят стенки или потолки,
но мы на двух, на двух разложим стульях
мои одежды и твои чулки,
и нежности у нас настолько хватит,
что, простыни прохладные постлав,
мы ляжем на несдвинутых кроватях,
друг другу сон спокойный пожелав…
Почувствовавши плотские уколы,
отрадно будет зубы крепко сжать,
и на матраце тощем и бесполом
под девственною простыней лежать,
и нас разделит навсегда без боли
не грозный ангел острием меча,
но деревянный неширокий столик
и белая на столике свеча…
О, пусть из тела моего не вышли
все демоны, которых веселю —
ведь если я спрошу тебя: ты спишь ли,
а ты ответишь: нет, еще не сплю,
то сдержанный мой голос будет суше,
чем серый пух подушки пуховой,
чтоб услыхать и без волненья слушать
целующий и сонный голос твой…
Вниз по мачехе, по Сене
·
Борис Божнев
