Вероломные хомо сапиенс. Как, впрочем, и всегда.
В этот момент для себя я решил, что змея мы убивать не будем. Пусть живет себе и радуется жизни. Он не виноват, что на его тропу вышли самые вероломные хищники современности.
Настя, выглядывающая из-за плеча, спросила:
– О чем задумался?
– Об эволюции, – пробормотал я. – И, наверное, об одиночестве.
Древняя кровь
·
Филипп Мартынов
