В устроенной специально для нас школе было три учителя, а ученицами были я и две мои единокровные сестры-ровесницы. Наш класс располагался в большом зале. Преподаватель по чтению был глубокий старик, мы играли и баловались на его уроках, но бедняга не мог повысить на нас голос, обращался с нами почтительно и снисходил к нашим шуткам.
Однако другие преподаватели были серьезными и не потакали нашим шалостям, так что на уроках мы скучали. Как всяким детям, нам хотелось, освободившись пораньше, как можно скорее выйти в сад играть с друзьями, возиться с игрушками.
До обеда мы проводили время в школе, после обеда – у себя в дворцовых покоях. Туда ко мне приходил учитель музыки, и я с большим желанием играла на фортепиано, совершенно не уставая. Еще мне нравилась игра на мандолине, и мой преподаватель с удовлетворением поддерживал этот интерес к музыкальному инструменту и помогал мне его осваивать.
Мой отец Абдул-Хамид, или Исповедь дочери последнего султана Османской империи
·
Шадийе Османоглу
