Поэтому, если государственная промышленная политика не включает в себя заранее определенный порядок выхода из проектов, то все рассуждения о конкуренции — это лишь пустой звук. Здесь можно выделить два аспекта. Во-первых, сами отраслевые меры должны предусматривать механизм завершения. Например, упомянутый выше «зеленый тариф» для солнечной энергетики постепенно снижается, и всем участникам рынка известно, что субсидии в конечном итоге будут отменены, что стимулирует их снижать затраты и повышать эффективность. Во-вторых, должен существовать отработанный механизм выхода в случае банкротства неэффективных компаний. Естественно, это касается не только отраслевой политики, но и углубления рыночных реформ в целом. Трудно говорить о повышении эффективности размещения факторов производства, если их носители — хозяйствующие субъекты — не могут полноценно банкротиться.
Однако сложности с банкротством остаются хронической проблемой китайской экономики. Банки-кредиторы избегают процедур банкротства из опасений, что вскроются ранее выданные проблемные кредиты. Местные власти неохотно идут на банкротства, особенно крупных компаний, поскольку не хотят сталкиваться с необходимостью решать трудовые и жилищные проблемы сокращенных рабочих, а также делать их достоянием общественности. В прибрежных районах Китая с более развитой рыночной экономикой процедуры банкротства проходят относительно легче и прозрачнее. Например, примеры реструктуризации активов двух других производителей солнечных панелей, а именно компаний Suntech из Уси и Chaori из Шанхая, были включены Верховным судом КНР в перечень десяти образцовых дел о банкротстве за 2016 год. Условия их банкротства были более рыночными и значительно лучше учитывали интересы кредиторов, чем в случае с LDK Solar. Однако надо признать, что Китаю предстоит еще долгий путь совершенствования системы банкротства и реорганизации предприятий.
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін