Но изгнанным в итоге окажется Аристид. Обстоятельства его изгнания мы узнаем от Плутарха. Правда, рассказывает он об этом в самых общих выражениях, дополняя повествования анекдотическими подробностями. «...Народ, — замечает он, — чванясь своей победой (при Марафоне. — В. Г.) и считая себя достойным величайших почестей, с неудовольствием взирал на каждого, кого возвышала над толпою слава или громкое имя. И вот, сойдясь со всех концов страны в город, афиняне подвергли Аристида остракизму, скрывши ненависть к славе под именем страха перед тиранией. Остракизм не был наказанием за какой-нибудь низкий поступок; благопристойности ради он назывался «усмирением и обузданием гордыни и чрезмерного могущества», но по сути дела оказывался средством утишить ненависть, и средством довольно милосердным: чувство недоброжелательства находило себе выход не в чем-либо непоправимом, но лишь в десятилетнем изгнании того, кто это чувство вызвал» (Plut. Arist. 7).