Лонжерон, взъерошенный, дикий, в черной от крови рубахе, дернул головой назад, указывая на пару бивших копытами лошадей, запряженных в массивные, заполненные рядами рубленого дерева дровни.
– Не могли найти ничего поудобнее? – не удержался Петр.
Он не ждал, что Лонжерон ответит в его теперешнем состоянии, но услышав хриплое: «Не было времени выписать церемониальную карету из Петербурга», удовлетворенно кивнул.
Мир и потусторонняя война
·
Дарья Раскина
