Он улыбнулся и с поклоном отошёл. Я попыталась слезть с колен Дэйма, на которые он меня усадил сразу по приходу сюда, но не смогла. И вроде покрытые татуировками руки не напрягались, однако сдвинуть их не получилось и на волосок.
Можно было сурово распорядиться, чтобы он меня отпустил, но я не стала. После нашего воссоединения Дэйму как будто требовалось постоянно ко мне прикасаться. Иногда мне казалось, что он никак не может до конца поверить, что его мечта, наконец, осуществилась.
Как он жил все эти последние годы? В отличие от меня, он ничего не забывал, и был вынужден день за днём наблюдать, как его единственная любовь взрослеет без него, равнодушно проходит мимо, глядя на него пустыми глазами, как на чужака, а потом начинает встречаться с мальчиками… Смогла бы я так? Не уверена.
Даже со стёртой памятью это ощущение пустоты внутри меня мешало наслаждаться жизнью. Я чувствовала, что не хватает чего-то очень-очень важного, но никак не могла понять, в чём дело. И только сейчас я, наконец, ощущала себя живой на сто процентов.
Потому что мой Дэйм был со мной. И теперь было совершенно очевидно, что то, что я считала любовью к Руслану, было лишь жалкой пародией на настоящую любовь. Ведь чувства к Дэйму зародились ещё в детстве, да что там — ещё при первой встрече, когда я официально заявила, что этот мальчик теперь мой.
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін