в истории можно увидеть, как право регулирует и легитимирует существующие классовые отношения. Его нормы и процедуры могут оформлять эти отношения и маскировать их скрытую несправедливость. Но это опосредование через формы права представляет собой нечто совершенно отличное от применения неопосредованной силы. Формы и риторика права приобретают отчетливую индивидуальность, которая иногда может сдерживать власть и обеспечивать некоторую защиту безвластным. Лишь настолько, насколько его считают таковым, право может быть полезным в другом своем аспекте — в качестве идеологии. Более того, право в обоих его ипостасях — как формальные правила и процедуры и как идеология — не может плодотворно изучаться в метафорических терминах надстройки отдельной от базиса. Хотя это составляет значительную и самоочевидную часть истины, нормы и категории права пронизывают все уровни общества, влияют как на вертикальные, так и на горизонтальные дефиниции прав и статуса людей и способствуют их самоопределению и осознанию того, кем они являются. Таким образом, закон не только навязывался людям сверху — он также являлся той средой, внутри которой разрешались другие социальные конфликты. Сами производственные отношения отчасти имеют смысл только с точки зрения их определений в праве:
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін