Последним участником встречи оказался старший каменщик барона да Мере, которого все звали Скворцом. Он был самым старым из присутствующих, с курчавой седой бородой и волосами, покрытыми каменной пылью, с грязными щеками и лбом, которые он то и дело безуспешно пытался вытереть рукавом шерстяного свитера грубой вязки. Даже сейчас Скворец не расставался с тяжелой киркой, и на землистом лице застыло хмурое недоумение: зачем вообще его отвлекли от работы?
— Мастер Скворец, — обратился к нему Дэйт первому, чем несказанно удивил. — Какие у вас успехи?
— Зидва тут старшой, милорд, — буркнул каменщик. — Я говорить не мастак, уж простите.