Что он хотел сказать, какие мысли донести до захлопывавших его депутатов Верховного Совета? До Власти, черт побери! Только нечто антисоветское? Или же он пытался объяснить, что для тех, от кого зависят жизни множества людей, для Власти ДОЛЖЕН быть предел допустимого, иначе говоря, понятие греха?
Сотник. Беру все на себя
·
Евгений Красницкий
