Спустя, кажется, неделю Илья Иванович сказал мне, что он был там. «Где?» – спросил я.
«Там».
Да, да, он пробрался к тому степному полигону (мысленно, разумеется) и у самой ограды, под стеной, лежал в густой дикой конопле, одуревая от запаха. Когда стемнело, он стену перелез. Перемахнул, как в молодые годы. Да, стена мало охраняема. Илья Иванович без труда прошел по внутренней территории, один раз его окликнул патруль. Но только окликнул.
За чертой милосердия
·
Владимир Маканин
