. Г. Бочаров замечает: «Читателя притягивает оригинальная речевая физиономия платоновской прозы с ее неожиданными движениями — лицо не только необщее, но даже как будто неправильное, сдвинутое трудным усилием и очень негладкое выражение. Запоминаются странные обороты Платонова, философически-неуклюжие фразы, которые пересказать невозможно, а
Русская литература для всех. От Толстого до Бродского
·
Игорь Сухих
