Военврачи пожимали плечами: надо же, какая цаца. Ну, бывает, аллергия или что-то в этом духе. Пусть не ходит в хвойный лес, а то загнется когда-нибудь. А как в него не ходить, если хвойные леса – везде? В общем, намучились с сержантом, пока ему однажды миной полноги не оторвало, и вопрос с демобилизацией не решился сам по себе…
Павел снова закурил. На душе было спокойно. «Словно и не целится в тебя снайпер», – подметил внутренний перестраховщик. Мысль не вызвала паники. От пули в лоб умирают мгновенно, все оборвется, и ничего не поймешь. Он затушил окурок в пепельнице, стал собираться на работу. Осталось легкое недоумение: чужой город, прибыл сюда не за этим, здесь погибла его невеста – почему же так быстро он привыкает к здешней жизни?
В отделе тоже было тихо. Куренной сидел за столом, что-то писал. Очевидно, мемуары – когда Горин глянул через плечо, заворчал и перевернул лист.
– Надо же, живой, – проворчал капитан. – Значит, работает вторая версия: бандиты залягут на дно. Послушал вчера тебя на свою голову – поручил операм следить за фигурантами. Сами в ночное не пойдут, осведомителей обяжут. Подождем, скоро появятся.
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін