Эйхорн откликается на концепцию “культурного капитала”, описанную в 1970-е годы социологом Пьером Бурдьё: это владение формами высокой культуры, которые могут наделять социальным статусом и помогать представителям элитных классов идентифицировать друг друга. Культурный капитал – это знание, что кашемир престижнее хлопка или что картина Джексона Поллока – нечто большее, нежели сумбур капель, который может повторить даже ребенок. (Бурдьё отмечает, что на Западе открытость к радикальным эстетическим экспериментам и абстракциям является признаком элитарного класса.
