– Что сказали? – В голосе Ванзарова послышалось нервное напряжение.
– Про феникса?
– Кровь старой закваски… Иными словами, «старая кровь». Не так ли?
Криминалист немедленно согласился и добавил:
– Помните на записке латинское название общества?
– «Primus sanguinis».
– Мы с вами перевели: «Первая кровь», но я сверился со словарем. Смысл может быть иным: «Первый наследник». Странное название для содалов-мужеложцев.
Тут Родион Георгиевич вскочил как ошпаренный, подскочил к бюсту Сократа, чмокнул каменную лысину и ласково добавил:
– Спасибо, старик, что бы без тебя делал!
Греческий философ остался мраморно-равнодушен к проявлению чувств. А вот Аполлон Григорьевич предложил выбор между бромом и коньячком. Но Ванзаров уже совершенно спокойно сказал:
– Зря брезгуете классической древностью. Не будь старины Сократа, не знал бы правильного вопроса. А без правильного вопроса нет и правильного ответа.
– И какой вопрос?
– Самый главный в логике сыска: зачем!
– Ну и зачем это «зачем»? – скаламбурил Лебедев.
– К примеру, зачем Менфиков перед смертью что-то хотел сказать?
– Мне, как всегда, достался хладный труп.
– Успел сказать «он нас убьет». Но вот зачем? Зачем Выгодский рисовал в крови букву V? Зачем князя убили взрывом? Зачем «чурка»?
– Да объясните же, в чем дело!
– Дело, дорогой коллега, в том, что впервые в истории сыскной полиции преступник не скрывал, а всячески помогал распутывать преступление.
– И зачем ему голову в петлю совать?
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін