— Все будет, как решили, — повторил отец. — Ты уйдешь. Ты доберешься до Владивостока. Ты найдешь капитана. Ты покинешь страну. А мы… наша ссылка закончится, мы пойдем по инстанциям, расскажем о портфеле, и его найдут, дом обезвредят.
Костя покачал головой:
— Невозможно. Боюсь, дом обречен.
— Значит, наша судьба — в этом доме жить, — прошептала мать. — Слышишь, Петр? Мы обязаны там жить.
И мать, пошатываясь, вышла из сарая во мрак ночи
