Не продается рукопись никак.
Стихами и заметками набита наволочка.
Топ-топает по Персии чувак,
С мешком своим ненужный персияночкам.
Холера прихватила, чёрт возьми,
А где-то Волга с небом по-другому,
Хлеб облаков на небеси.
И жарит память сквозь истому.
Судьба судьбе готовит заворот кишок.
Жар то пылает, то трясет ознобом,
И из последнего тоннеля крик несёт:
Чертеж! О римлянин! Чертёж! Не трогай.
Мерцание времени
·
Михаил Гиршовский
