руке.
– В сторону, в сторону, не мешайте!
Ребята отскочили, пропуская рабочих, несущих огромные шесты.
– Брысь отсюда!
Они опять отскочили, чтобы не попасть под колёса какого-то невероятного сооружения.
– Сюда, ребятишки, сюда! – услышали они голос Эдуарда Ивановича.
Стены его маленькой комнатки были оклеены красочными афишами. Лёлишна видела их не впервые, но только сейчас обратила внимание, что на афишах укротитель выглядит моложе и волосы у него не седые, а чёрные.
– Когда-то я был таким, каким сейчас бываю только на рекламе, – грустно сказал Эдуард Иванович. Он уже облачился в голубые шаровары и красную куртку.
Откуда-то сверху на плечо к дрессировщику спрыгнул мартыш и уставился на гостей.
– Знакомьтесь, – проговорил Эдуард Иванович. – Хлоп-Хлоп, самый хитрый, самый обидчивый, самый недисциплинированный зверь в нашей труппе. Давно бы отдал его в зоопарк, но люблю.
Хлоп-Хлоп обнял хозяина за шею и пискнул: дескать, правильно. И немного поаплодировал сам себе.
– Спортом занимаешься? – спросил Виктора Эдуард Иванович.
– Он чемпион школы по лыжам, – ответила Лёлишна.
– А учишься как?
– Он отличник, – опять ответила она за Виктора, вздохнула и добавила: – А ещё он смелый.
– Я стараюсь быть смелым, – поправил Виктор, – но не всегда это получается. Например, я не представляю, как можно войти в клетку ко львам и не умереть от страха.
– Это не страшно. Надо просто знать их. Все повадки, привычки, характеры. Можно сказать, что укротитель, как и сапёр, ошибается один раз в жизни. И вот надо прожить жизнь так, – Эдуард Иванович улыбнулся, – чтобы ни разу не ошибиться. Ну а сейчас идите в зрительный зал, после репетиции встретимся.
И ребята следом за Хлоп-Хлопом вышли в коридор и снова попали в суматоху.
Суматоха осложнялась ещё и тем, что к арене тянулся коридор из железных прутьев.
И
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін