Вскоре время веселых и дерзких нестяжателей было погребено под обломками их страны, а потом выметено вместе с сором новой генерацией алчущих деляг. Не то чтобы в той стране все были веселыми и дерзкими, а в следующей, межеумочной — посредственностями и делягами, но нестяжание в этой, межеумочной, определенно перестало считаться доблестью и сделалось объектом злых насмешек.
Яснослышащий
·
Павел Крусанов
