Отовсюду раздавались решительные призывы к убийству. Голоса принадлежали тем, кто привел сюда рабочих, подстрекал и воодушевлял их. Эти слова не имели под собой никаких оснований, но они и не нужны были. Слова звучали убедительнее всякой логики и провокационнее любой рекламы. Таковы законы лозунгов.
Среди прозвучавших в этот день лозунгов были и такие, как «Перебьем все кирпичи, пусть они станут непригодными!», и «Разнесем все печи!», и даже «Сожжем весь завод!». Нетрудно понять, почему такие призывы родились в толпе разгневанных до предела рабочих. Но откуда-то вырвавшиеся лозунги «Смерть фашистам! Рабочим — право на существование!» или «Свергнем диктатуру олигархов и создадим рай для рабочих!» на кирпичном заводе, расположенном в ущелье между горами, были не вполне уместны, а призывы «Да здравствует Корейская Народная Демократическая Республика!» или «Под руководством великого вождя уничтожим американский империализм!» не могли не вызвать некое подозрение, и тем более слишком преждевременно прозвучали лозунги «Не нужен нашему прекрасному краю кирпичный завод!» или «Долой диктатуру эксплуататоров, разрушающую экологическую систему!». Внезапно неизвестно откуда-то вылетело и такое признание: «Ёнсук, я тебя люблю!», а за ним и «Чтоб ее! Надо было брать красную леспедецу!»