С наступлением 1990-х словно прорвало плотину, и на волю хлынули долго подавляемые воспоминания и мнения. В Прибалтике мне доводилось слышать признания в том, что люди приветствовали нацистов как освободителей; в диких степях Калмыкии я из первых рук узнал об организованных Сталиным карательных депортациях целых народов; в Сибири я встречался с ветеранами, попадавшими в тюрьму дважды: один раз — по приказу Гитлера, второй — по приказу Сталина; а в деревеньке возле Минска я познакомился с женщиной, оказавшейся в самой гуще страшнейшей в современной истории партизанской войны — немного подумав, она сказала мне, что красноармейцы-партизаны были хуже нацистов.
Освенцим: Нацисты и «окончательное решение еврейского вопроса»
·
Лоуренс Рис
