протяжении всего пути следования сдавались окна и балконы по цене годового проживания. Цветочники нанимали дополнительных работников. Вид сверху впечатлял: гигантские цветочные компо зиции плыли как будто сами, хотя их несли дети. Королева Виктория попросила посла прислать ей отчет. «Общее впечатление, – дипломатично солгал посол, – усталости и беззаботности». «В поведении людей не наблюдалось ни траура, ни торжественности»{1466}. Второе утверждение было довольно верным. Подобно речам самого Гюго, его похороны также стали гала-представлением, «оргией дурного вкуса и самовосхищения», по словам Ницше{1467}.
