Гнидуза в ладони постепенно наливалась всё более ярким светом; если сначала она едва заметно мерцала, то сейчас напоминала маленького светлячка. Вика смотрела на трепетание язычка света и думала о том, что, пускай для остальных гнидуз всё осталось как прежде, жизнь этой — хотя можно ли вообще говорить о «жизни» применительно к таким странным существам? — совершенно изменилась. А разве одна жизнь, которая поменялась к лучшему, — это мало?
Восьмирье. Дно мира. Книга четвертая
·
Марина Ясинская
